Max
У истоков
Украинская АССР, Кировоградская область, Новогеоргиевский район, село Табурище, 1 февраля 1930 год. В многодетной семье Маховских родилась малышка, которую родители назвали Ниной. Девочка стала четвертым ребенком у Марии и Федора.Глава семьи Федор Тимофеевич – портной «золотые руки» – славился своим умением порадовать местных и приезжих модниц нарядами на праздник и повседневной одеждой. Ремесло помогало отцу кормить большое семейство и жить в достатке.
Но в дружную семью Маховских постучала беда: Федора Тимофеевича забрали спецслужбы, конфисковали все имущество, многодетная мать осталась на улице. Добрые люди помогли Марии Моисеевне соорудить временное жилище: у горы вырыли землянку, устелили пол травой, там и спали.
Мария работала в колхозе, ждала мужа. Но больше Федора Тимофеевича они уже не видели. Как позже стало известно, его расстреляли 17 мая 1931 года.
Председатель выделил многодетной матери хату в селе Ханевка.
– В этой хатке мы жили, пока немцы не пришли. Наше село было далеко от центральной дороги, они туда не заглядывали. Прошли мимо, а председатель сказал, что мы в оккупации, – вспоминает Нина Федоровна.
Все для фронта
В это сложное время работать приходилось всем: старикам, женщинам и детям. В колхозе выращивали хлеб и табак. Женщины сами в плуг запрягались, пахали, сеяли. Дети помогали: обрабатывали табак, пололи, обламывали ростки. Маленькая Нина перевозила снопы с поля на ток на корове.Ели в те суровые времена то, что земля давала: картошку, свеклу, тыкву, семена конопли. А по праздникам готовили в печи угощение: собирали в лесу терн (дикая слива), сушили его, натирали сахарную свеклу и запекали все вместе в печи – получалось сладость, похожая на варенье.
В тяжелые военные годы вся страна боролась с фашистским захватчиком. Пока одни воевали на фронте, другие не щадили себя, работая в тылу. Объединяла их одна цель – Победа! С верой и надеждой на скорейшее завершение войны они ложились спать и просыпались, падали и поднимались.
Любовь и испытания
Старший брат Нины позвал маму с сестрой в Запорожье. В то время Мария Моисеевна уже не могла работать, надорвалась в поле, забота о матери легла на хрупкие плечи юной девушки.– Тогда карточки на хлеб уже отменили, но мы все равно ели очень мало. Мама учила меня, что сразу много есть нельзя, желудок ссохся, нужно понемногу, – делится воспоминаниями Нина Федоровна.
Нина устроилась официанткой: до обеда в столовой, а вечером в ресторане.
– Повариха Мотя всегда давала мне еду для мамы, и я приносила ей суп или кашу. В ресторане познакомилась с молодым человеком Мирославом. Мы поженились, хотя его родители были против, – рассказывает Нина Федоровна.
Семья мужа не могла смириться, что сын живет в примаках, Нину и Мирослава тайно обвенчали, сыграли свадьбу, и молодая семья переехала в дом к родителям мужа. Мирослав работал бухгалтером в промкомбинате, Нина продолжала трудиться официанткой. Вскоре влюбленные стали родителями, девочку нарекли Галей.
Боль утраты
Казалось бы, жизнь наладилась, но судьба преподнесла очередной удар – родителей Мирослава раскулачили.– Когда дочке исполнилось четыре месяца, их приехали забирать, вывозить в Сибирь. Все документы послали в Москву, а нас поселили в камеру, – рассказывает Нина Федоровна. – Однажды в два часа ночи меня вызвали к начальнику. Он сказал, что меня и дочку могут освободить.
Но Нина сделала свой выбор – быть рядом с мужем. На следующий день, 30 ноября 1949 года, их в товарном эшелоне отправили в Хабаровск.
– Нас поселили в товарный вагон с маленьким окошком и железными прутьями. Стекла не было, а на улице уже морозы. В вагоне было холодно, а дочке всего пять месяцев. Через два дня пути она умерла. Часовой открыл вагон, с ним рядом стоял врач в белом халате и два мужика с носилками. На носилках уже лежал мертвый мальчик полутора лет, рядом с ним положили мою Галю, накрыли простынкой и унесли. А мы поехали дальше, – Нина Федоровна на время прервала свой рассказ, вновь ощутив всю горечь утраты. Нет страшней доли, чем хоронить своих детей.
31 декабря раскулаченных привезли в Хабаровский край на станцию имени Лазо. На улице 50 градусов мороза, птицы на лету замерзали.
А дальше были годы тяжелой работы, жизнь в бараках, общежитиях, скитания по поселкам. Но человек привыкает ко всему. У Нины и Мирославы родилась дочка, затем сын. После смерти Иосифа Сталина семью освободили. Они переехали в Казахстан. Но спустя 18 лет совместной жизни и серьезных испытаний Мирослав оставил семью и вернулся на Украину.
Со временем пришлось уехать из Казахстана и Нине с детьми.
Новая жизнь
В Сургут Нина Федоровна приехала в 1981 году вслед за старшей дочерью, мужа которой пригласили работать на стройку. Нелегко пришлось в первые годы жизни в Сургуте, но мудрая женщина всегда верила в лучшее и повторяла: «Потерпите, потерпите, дети мои. Все временно». И была права. И она, и ее дети смогли найти свое место в стремительно строящемся и развивающемся северном городе. Дочка с 1974 года работала в больнице на улице Энергетиков, затем перешла в новую детскую поликлинику в НГДУ.Сама Нина Федоровна работала на заводе «Комбинат производственных предприятий», помогала воспитывать внуков, подрабатывала и на пенсии. Она труженик тыла, ветеран труда. Эта сильная женщина, несмотря на все тяготы, выпавшие на ее долю, сумела достойно воспитать двоих детей. В 1996 году получила российское гражданство, продала все имущество на Украине и купила квартиру в Сургуте. Сейчас ее семья – это двое детей, трое внуков и один правнук.
Надежда Аржаховская и Леонид Шпаргало гордятся своей мамой. Сургут стал для Нины Федоровны надежным пристанищем, вторым домом.
С гордостью она показывает награду за добросовестный труд, делится достижениями своей семьи. В свои 95 лет Нина Федоровна в деталях помнит все, что было в ее жизни. «По моей судьбе можно кино снимать», – улыбается сильная женщина.
Читайте также:
